Беру кредит. Коротко о главном: российская экономика—2017. Рост российской экономики в году

Москва. 29 декабря. сайт — Новая волна экономического роста, о которой так много говорили чиновники во втором квартале, так и не захлестнула российскую экономику. К концу года, когда пена от схлынувшей волны рассеялась, выяснилось, что на поверхности лишь легкая рябь: восстановительный рост уже завершен, образовалась пауза. То ли перед началом новой волны роста, то ли перед затишьем, а скорее всего — перед умеренным волнением.

ПРИЗРАКИ РЕЦЕССИИ

Квартальная динамика ВВП РФ за 2017 год оказалась с ярко выраженным пиком — гребнем волны во II квартале со значительным торможением в IV квартале. По данным Росстата, годовой рост ВВП в I квартале равнялся 0,5%, во II квартале — 2,5%, в III квартале — 1,8%.

По IV кварталу данных Росстата пока нет. По оценке Внешэкономбанка, помесячная динамика ВВП указывает на практическую остановку в ноябре — рост на 0,1% в годовом выражении после 1,1% в октябре, 1,9% в сентябре и 2,3% в августе.

Эти цифры указывают, что в IV квартале годовой рост российской экономики замедлится до менее 1%, а по итогам всего 2017 года будет в районе 1,4%, что значительно ниже действующего с сентября прогноза Минэкономразвития (2,1% роста).

Столь существенное торможение в четвертом квартале даже подняло вопрос — а не входит ли экономика в новую рецессию? Так, по расчетам Внешэкономбанка (за которые отвечает бывший замглавы Минэкономразвития Андрей Клепач, десять лет курировавший в ведомстве макропрогнозирование), сезонно очищенный ВВП может продемонстрировать снижение на протяжении двух кварталов подряд — третьего и четвертого, что формально может означать вхождение в рецессию.

Впрочем, и сам Клепач, и опрошенные «Интерфаксом» другие экономисты отмечают, что о полноценной рецессии речь все-таки не идет. Ситуация говорит о том, что в конце года наблюдается пауза в росте, который оказался неустойчивым, и 2018 году незначительное оживление экономики продолжится в интервале 1-2% роста.

Если оценивать итоги 2017 года с точки зрения ожиданий экономистов, а не официального прогноза, то они практически полностью им соответствуют. Консенсус-прогноз «Интерфакса», сделанный в конце 2016 года, предсказывал среднегодовые цены на нефть марки Urals в 2017 году на уровне $51 доллар за баррель (по факту за 11 месяцев 2017 года — $52 за баррель).

Рост ВВП РФ в 2017 год ожидался экономистами (согласно опросу в декабре 2016 года) на 1,2% (по факту, по оценке Минэкономразвития, рост за 11 месяцев 2017 года составил 1,4%). Рост розничной торговли в 2017 году прогнозировался на 1,2% (за 11 месяцев составил 1,0%).

Сильно разошлись ожидания экономистов с итоговыми данными по инвестициям — прогноз был +1,9%, а по факту за 9 месяцев рост составил 4,2%.Всплеск инвестиций на 6,3% во II квартале стал одной из главной позитивных неожиданностей, но, скорее всего, был вызван разовыми факторами, в том числе высокими госинвестициями в ОПК. В III квартале годовая динамика инвестиций замедлилась более чем в два раза — до 3,1%.

СТРАСТИ ВОКРУГ НИЗКОЙ ИНФЛЯЦИИ И КЛЮЧЕВОЙ СТАВКИ

Еще одним позитивным сюрпризом стала динамика потребительских цен в 2017 году, но при этом она настолько отдалилась от таргета вниз, что многие стали уже задаваться вопросом — а так ли хороша столь низкая инфляция и не является ли это констатацией слишком низкого потребительского спроса и слишком жесткой денежно-кредитной политики ЦБ.

Инфляция прогнозировалась экспертами (по опросу в декабре 2016 года) на уровне 4,7% в 2017 году, а к 25 декабря с начала года цены выросли лишь на 2,5% и по итогам года уже очевидно не сильно отклонятся от этой цифры.

ЦБ попытался вскочить на подножку уходящего поезда и неожиданно для всех аналитиков 15 декабря снизил ставку сразу на 50 базисных пунктов (хотя до этого уже приучил всех, что снижение ставки будет плавным — по 25 пунктов).

Возможно, ЦБ перед принятием решения уже догадывался о резком падении промпроизводства в ноябре — на 3,6% (максимальный спад с октября 2009 года) и понимал, что очередной плавный шаг спровоцирует противостояние с чиновниками. Сигналы о желательности более агрессивного снижения процентных ставок и глава Минфина Антон Силуанов, и глава Минэкономразвития Максим Орешкин недвусмысленно посылали на протяжении всего четвертого квартала, да и в администрации президента сторонники стимулирования экономики за счет более мягкой ДКП занимают не последние посты. Одним словом, ЦБ, по мнению некоторых наблюдателей, пожертвовал качеством коммуникации с рынком, чтобы снизить накал коммуникации с правительством.

24 ноября Владимир Путин провел совещание с экономическим блоком правительства, руководством ЦБ и администрации президента, где обсуждались экономические итоги года и ожидания на среднесрочную перспективу.

«Хотел, как мы и договаривались раньше, поговорить в конце года о том, в каком состоянии находится экономика, послушать ваши оценки: кредитно-финансовая система, темпы развития, инфляция, инвестиции — в общем, все, о чем мы с вами говорим обычно на совещаниях по экономическим вопросам. И конечно — заглянуть в первый квартал следующего года, на среднесрочную перспективу. Посмотреть, что сделано, что не удалось сделать, и скоординировать наши действия по различным ведомствам, послушать председателя Центрального банка, как Центральный банк смотрит на развитие ситуации», — сказал президент во вступительной речи на совещании, которое традиционно проходило в закрытом режиме. И можно только догадываться какой натиск выдержала на нем глава ЦБ Эльвира Набиуллина, какие «пожелания» и «просьбы» были высказаны в ее адрес.

СТАТИСТИКА И БЕДНОСТЬ

Главным негативным «сюрпризом» стало расхождение ожиданий экономистов по росту реальных доходов населения с фактической их динамикой. Эксперты прогнозировали, что в 2017 году реальные доходы вырастут на 1,6%, но данные Росстата за 11 месяцев оказались сильно разочаровывающими — снижение на 1,4%. И это при рекордно низкой инфляции за всю историю наблюдений!

Таким образом, реальные доходы населения падают четвертый год подряд. В 2016 году доходы упали на 5,8% в реальном выражении, в 2015 году было падение на 3,2%, в 2014 году их снижение составило 0,7%.

Получается, что рост экономики, пусть и не слишком высокий, есть, но доходы населения при этом не растут. И выход из рецессии и кризиса с точки зрения макроэкономики формально есть, но непонятно, как это объяснить обычным гражданам, которые больше ориентируется не на мифический для них ВВП, а на осязаемые доходы своей семьи.

Неудивительно, что в конце года, незадолго до выборов, власти в публичном поле усилили акцент на то, что борьба с бедностью является одной из главных задач на ближайшее время.

По данным Росстата, по итогам января-сентября 2017 года численность населения с доходами ниже прожиточного уровня осталась на уровне аналогичного периода 2016 года — 20,3 млн человек, а уровень бедности составил 13,8%.

Это означает, что по итогам всего 2017 года уровень бедности будет примерно соответствовать 2016 году — 13,4% (за счет IV квартала, когда происходят различного рода годовые выплаты, уровень бедности по итогам года всегда ниже, чем за 9 месяцев).

Таким образом, уровень бедности продолжает находиться на максимальной отметке с 2006 года и за последние 10 лет, по сути, не снизился (достиг минимума в 2012 году — 10,7%, но затем вырос к 2016 году до 13,4% и в 2017 году остается на этом уровне).

НАСТРОЕНИЕ — «НЕ ОЧЕНЬ»

На фоне неутешительных данных по доходам населения и уровню бедности в стране показательным стало выступление в начале декабря первого вице-премьера Игоря Шувалова на конференции Агентства стратегических инициатив «Сто шагов к благоприятному инвестиционному климату», где чиновник обратил внимание на настроение в бизнесе и в обществе в целом.

В этом году в рейтинге Всемирного банка по условиям ведения бизнеса «Doing Business» Россия поднялась на 35-е место с 40-го год назад (майские указы поставили задачу в 2018 году войти топ-20 этого рейтинга). На конференции АСИ предприниматели обсуждали проблемы, с которыми они сталкиваются, несмотря на улучшение позиции в рейтинге.

Шувалов, курирующий в правительстве задачу продвижения в «Doing Business», согласился с выступающими, что одного лишь прогресса в рамках критериев оценки рейтинга недостаточно для создания в России благоприятного инвестиционного климата, неожиданно заявив, что сейчас бизнесу не хватает «настроения». Первый вице-премьер поставил «очень сложную» задачу по нахождению и внедрению этого самого «настроения».

Дискуссия на форуме живо напомнила сцену из кинофильма «Добро пожаловать, или Посторонним вход воспрещен», когда дети готовились к отчетному концерту, а начальник пионерского лагеря корректировал эмоциональность выступления.

«Лагерь — наша большая семья. Мы бодры, веселы…», — как бы отчитывались участники конференции о текущем положении дел в предпринимательской среде.

«Стоп-стоп-стоп. Бодры надо говорить бодрее! А веселы?» — будто бы спрашивал Шувалов предпринимателей тоном Евгения Евстигнеева. «- Веселее!»… » — Молодец, понял! Вот так и продолжайте!» — дискуссия в красках напомнила этот знаменитый диалог.

«Мы сегодня услышали, что представитель женского предпринимательства говорит: «мы боимся» (на конференции выступила основатель сети кафе «АндерСон» Анастасия Татулова, которая жаловалась на бесчисленное количество внеплановых проверок — ИФ). Это одна из серьезнейших вещей и вызовов — как сделать так, чтобы не просто бизнес перестал бояться, как сделать так, чтобы было хорошее настроение», — затронул тему настроения Шувалов.

«Мы со Светланой (глава АСИ Светлана Чупшева — ИФ) встретились несколько недель назад, и Светлана мне рассказала про подготовку этой конференции. И что многие предприниматели — те, кто в рабочих группах или просто взаимодействует с АСИ, отмечают, что «да, действительно, проделана большая работа, сделано очень много — вот вы научились и это, и это, и это, а вот это не научились… Но вы знаете, у нас не очень настроение». И вот это сейчас ключевой фактор», — рассказал Шувалов о том, откуда вообще возникла эта необычная тема.

«То есть нам надо с вами научиться не только быть лидерами по блокам — таможенное администрирование, налоговое, регистрация юрлиц (первый вице-премьер перечислил направления, которые оцениваются в рамках Doing Business — ИФ), а как сделать так, чтобы было настроение, что здесь инвестировать и работать намного круче и удобнее, и комфортнее, чем в других юрисдикциях. Очень сложная работа», — сформулировал он уже по сути задачу и поручение.

«Нам очень важно сейчас это настроение. Конечно, оно будет связано с тем, что сейчас сказал Андрей Рэмович (Белоусов, помощник президента — ИФ) — это декриминализация (то есть снижение риска уголовного преследования для предпринимателей — ИФ). Но тут я побаиваюсь, что обойдется только одной декриминализацией, а ведь настроения часто и у других нет, не только у предпринимателей: и у учителей, еще у кого-то», — неожиданно указал на отсутствие настроения не только в бизнесе, но и в широких слоях населения Шувалов.

На власти и различных ее институтах лежит «особая ответственность по настроению»: «если у предпринимателей не будет настроения, не будет никакой великой страны», — резюмировал Шувалов.

Пока же власти страны находятся в поисках механизмов улучшения настроения в бизнесе и в обществе в целом, мы по традиции попытаемся с помощью экономистов ответить на часто возникавшие в уходящем году вопросы: как можно охарактеризовать текущую экономическую ситуацию в стране, что принесет для экономики продление соглашения по ограничению добычи нефти ОПЕК+, какие основные риски могут возникнуть в 2018 году и какие реформы ожидают эксперты от нового президента и нового правительства?

СКОРЕЕ ПОЗИТИВ

Итоги года, несмотря на всю их неоднозначность и явное торможение к концу года, экономисты в целом оценивают позитивно, обращая внимание на низкую инфляцию, всплеск инвестиций во втором квартале и в целом рост экономики, который оказался несколько выше ожиданий.

Олег Засов (директор департамента макроэкономической политики Внешэкономбанка): Если рассматривать год в целом, то он получился, скорее, позитивным. Экономика росла быстрее большинства ожиданий. Неожиданно высоким оказался рост инвестиций, урожай побил все рекорды. Несмотря на падение доходов, мы увидели очень высокий рост производства легковых автомобилей, пассажирских авиаперевозок. Главное разочарование года — это доходы населения, которые продолжили снижаться в отличие от других макропоказателей.

Сергей Дробышевский (директор по научной работе Института экономической политики (ИЭП) им. Гайдара): Я бы отметил бурный рост экономики во втором квартале, который, вероятно, нивелирован результатами III и IV кварталов, и в целом за год рост ВВП уже не вызывает удивления. Во-вторых, темпы роста индекса инвестиций в основной капитал — мы ожидали более медленного восстановления инвестиций, тем более что ожидания компаний относительно изменений спроса на их продукцию в краткосрочной перспективе остаются достаточно скромными. В-третьих, быстрое снижение инфляции ниже 3% в годовом исчислении, тогда как показатели инфляционных ожиданий населения остаются достаточно высокими, хотя и также несколько снижаются.

Антон Струченевский (главный экономист Sberbank CIB): Удивила столь низкая инфляция в 2017 году. Я не сомневался, что инфляция «впишется» в 4%-ную цель, но что она будет настолько ниже — не ожидал. Огорчила статистика строительства и радикальный пересмотр динамики (в сторону понижения) во втором квартале в июле-августе. Когда официальная статистика пересматривается столь радикально, возникает много вопросов, касающихся, например, достоверности оценки инвестиций и ВВП в том же втором квартале.

УСТОЙЧИВАЯ ЭКОНОМИКА И ВОССТАНОВИТЕЛЬНЫЙ РОСТ

Текущее состояние экономики аналитики оценивают как устойчивое, а рост «умеренным».

Засов: В целом можно сказать, что российская экономика сохраняет относительную устойчивость, особенно принимая во внимания очень жесткие условия: постоянное усиление санкций, сокращение бюджетных расходов и сохранение очень высоких процентных ставок.

Владимир Тихомиров (главный экономист БКС): Сейчас наблюдаем стабилизацию после самой затяжной рецессии с 90-х.

Алексей Девятов (главный экономист «Уралсиба»): Текущую ситуацию можно охарактеризовать как умеренный рост.

Дробышевский: Экономика России преодолела рецессию, однако рост носит пока скорее восстановительный характер на выходе из отрицательной фазы бизнес-цикла и говорить уверенно о возвращении темпов роста в положительную область значения нельзя.

Струченевский: Умеренный сбалансированный рост. Сама по себе модель экономического роста выглядит сбалансированной. Это значит, что драйверами роста является и экспорт, и потребление, и инвестиции. Но темпы роста пока ниже 2%.

ПРОДЛЕНИЕ ОПЕК+ СКОРЕЕ В ПЛЮС

Договоренности о продлении соглашения по ограничению добычи нефти между странами ОПЕК и неОПЕК (так называемое ОПЕК+) до конца 2018 года, очевидно, поддержит цены на нефть на 2018 год, доходы бюджета, но влияние на экономический рост будет ограничено.

Помимо положительного влияния на экономику в 2018 году, все, конечно, начинают задумываться над вопросом — а что будет после окончания срока действия соглашения, и не рухнут ли цены на нефть со всеми вытекающими последствиями для бюджета и для экономики.

Засов: Мы закладывали в наш прогноз, что соглашение будет продлено. Несмотря на то, что соглашение сдерживает рост добычи, оно благоприятно для российской экономики. Основным бенефициаром является федеральный бюджет. Также появляется возможность смягчения денежной политики в результате более сильного курса.

Струченевский: С одной стороны, это позволяет прогнозировать цену на нефть в диапазоне $55-60 за баррель. Следствием этого будет то, что баланс бюджета значительно выправится по сравнению с этим годом и даже может выйти в положительную область. А вот на экономический рост это оказывает негативное воздействие. Добыча полезных ископаемых (а это около 10% ВВП) расти не будет в физическом выражении, а достаточно высокие цены на нефть не будут «подогревать» экономику, так как благодаря новой версии бюджетного правила львиная доля дополнительных экспортных доходов будет абсорбирована Минфином.

ОСНОВНОЙ РИСК 2018 ГОДА — САНКЦИИ США

Ожидания российский властей и бизнеса в отношении отмены санкций США с приходом нового президента США Дональда Трампа, с которым российские элиты связывали столько надежд на улучшение двусторонних отношений, остались несбыточной мечтой.

Практически все эксперты видят основной риск для российской экономики в новых американских санкциях (ожидается, что они будут объявлены в феврале). Кроме того, среднесрочные риски несут и выход из соглашения ОПЕК+, и сохраняющаяся высокая доля госучастия в экономике, и отсутствие структурных реформ, и даже риски соскальзывания в слишком низкую инфляцию.

Засов: Возможное ужесточение санкционных условий будет оставаться основным риском в среднесрочной перспективе. Кроме того, нельзя исключать падения нефтяных цен в условиях досрочного расторжения соглашения ОПЕК+ и бесконтрольного наращивания добычи нефти

Девятов: Полномасштабный кризис в Китае. Введение жесткого варианта санкций в отношении российского госдолга. Замедление европейской экономики из-за перегрева в ряде стран еврозоны.

Тихомиров: Главный риск — сохранение на высоком уровне и возможный дальнейший рост доли государства в экономике при нежелании властей проводить структурные реформы и повышать эффективность и конкуренцию в госсекторе.

Дробышевский: Разочарование бизнеса в государстве, если после выборов президента не будет объявлена внушающая доверие, направленная на развитие частного бизнеса и экономики РФ программа действий. Неопределенность относительно формы и содержания американских санкций в феврале 2018 года

Струченевский: Санкции и геополитика — основные риски. На внутреннем фронте возникают риски соскальзывания инфляции в область слишком низких значений (т.е. 2% и ниже). Слишком низкая инфляция обычно ассоциируется со стагнацией в экономике. Она может быть даже более опасной, чем высокая инфляция, так как не очень ясно, как с ней бороться.

РЕФОРМЫ. БЫТЬ ИЛИ НЕ БЫТЬ?

Разговоры о необходимости структурных реформ в экономике так же бесконечны, как наблюдение за огнем. С той же схожестью, что если только разговаривать (наблюдать) и ничего не предпринимать (не подкидывать дров), то экономический рост скоро затухнет (так же, как и огонь).

План действий правительства до 2025 года, который был с большой помпой внесен в мае на рассмотрение президенту России, так и остался неизвестным для широкого круга людей документом с официальным комментарием, что по нему продолжается работа.

Свои программы развития страны в мае президенту представили и председатель совета фонда «Центр стратегических разработок» Алексей Кудрин, и председатель Столыпинского клуба Борис Титов. Судьба этих предложений также пока неизвестна и неясна.

Попытки глав Минфина и Минэкономразвития весной инициировать публичное обсуждение налоговой реформы с точки зрения снижения страховых взносов и повышения НДС также быстро были лишены «публичности» и проходили в обстановке строжайшей секретности с рядом косвенных сигналов во второй половине года, что пока ход обсуждения указывает на сохранение действующих ставок налогообложения.

Засов: В 2018 году маловероятно появления новых реформ. С 2019 года можем увидеть пенсионную реформу, возможно возвращение к обсуждению налоговых маневров — снижение страховых взносов в обмен на рост НДС и обнуление экспортной пошлины на нефть при повышении НДПИ.

Девятов: Глубоких институциональных реформ не ожидаю. Ожидаю роста налоговой нагрузки на население и бизнес за счет улучшения администрирования налогов и неналоговых платежей, отмены льгот и преференций, расширения налоговой базы по имущественным налогам.

Тихомиров: Как максимум ожидаю осуществление широкой программы структурных реформ, дебюрократизации, усиление независимости судов, расширение конкуренции, снижение доли государства в экономике, повышение эффективности и прозрачности госмонополий. Как минимум — сохранение консервативной бюджетной и монетарной политики и быстрый выход на профицит бюджета и рост резервов.

Дробышевский: Нужны реформа госуправления, снижение административного и регуляторного давления на бизнес, бюджетный маневр в пользу расходов на человеческий капитал (образование, здравоохранение) и комфортную среду проживания и ведения бизнеса (инфраструктура), ограничение монополизма государственных компаний и развитие равных конкурентных отношений на рынках товаров и услуг

Струченевский: Последние три года основной целью российского правительства была защита страны от внешних шоков, и в этом отношении был достигнут существенный прогресс. На мой взгляд, пришло время в большей степени сфокусироваться на экономическом росте, поскольку в современном мире сложно занимать прочные позиции на мировой арене, если экономика страны растет медленнее, чем в среднем по миру.

О том, какая программа развития будет принята в итоге, будет ли это большой отдельный документ или набор указов (по примеру майских документов-2012), мы, видимо, узнаем уже весной 2018 года.

Российская экономика в 2017 году была полна противоречий. ВВП перешел к росту, но устойчивым его назвать нельзя. Расходы потребителей росли, а доходы падали. Инфляция опустилась ниже 4%, хотя в достижение этой цели верили не все

В этом материале РБК решил собрать все необычное, что происходило с российской экономикой в уходящем году. Это могут быть явления, которые отклоняются от нормы (инфляция, которая впервые с начала 1990-х перешла в совершенно другое качество, больше характерное для развитых экономик) или разошлись с ожиданиями (вопреки надеждам на Дональда Трампа санкций стало больше, а не меньше, но рубль и российские госбумаги все равно укрепились). Это и видимые макроэкономические парадоксы, которые зачастую могут быть объяснены несовершенством статистики (разнонаправленная динамика реальных зарплат и доходов, рост капитальных инвестиций при падении строительства).

Цены ниже некуда

Пробив таргет Центробанка в 4% еще летом, к ноябрю инфляция замедлилась до исторического минимума в 2,5%. «Никто такой инфляции не ожидал», — признает макроаналитик Райффайзенбанка Станислав Мурашов. Возможно, это связано со снижением теневой оплаты труда и неиндексацией зарплат в госсекторе, из-за чего вклад потребительского фактора в рост цен — практически отрицательный, полагает Мурашов.

Замедление роста цен неудивительно, говорит экономист Deutsche Bank Элина Рыбакова. Это естественный результат структурных изменений — низкого спроса, жесткой денежно-кредитной политики, сокращения госрасходов. Но инфляция по-прежнему может превысить 4% из-за дефицита на рынке труда и высоких инфляционных ожиданий населения, предупредил в декабре ЦБ. Ожидания правда сильно расходятся с реальной инфляцией: в ноябре россияне, согласно опросу ЦБ и «инФОМ», ждали роста цен в ближайший год на уровне 8,7% (еще одна видимая странность).

На самом деле такая разница между ожиданиями населения и фактической ситуацией логична, отмечает Рыбакова: людям нужно привыкнуть к столь медленному росту цен. К тому же есть парадоксы восприятия, например, на вопрос об ожидаемом уровне инфляции респонденты могут назвать 9%, но зато утвердительно ответить на вопрос, ожидают ли они инфляцию на том же уровне, что и сейчас.

Нефтенезависимость рубля

Если еще два года назад рубль привычно колебался в унисон с нефтью (слабел, когда нефть дешевеет, и укреплялся, когда она дорожает), то сейчас эта зависимость снизилась. Два года назад корреляция рубля и нефти составляла приблизительно 80%, а в последние месяцы опустилась примерно до 30%. В ноябре 30-дневная корреляция рубля и нефти Brent даже ненадолго стала отрицательной (стоимость активов двигается в разных направлениях).

Аналитики Danske Bank ожидают, что в скором времени корреляция несколько восстановится, из-за чего российская валюта при более дорогой нефти даже укрепится до 53,5 руб. за доллар к концу 2018 года (прогноз от 18 декабря). Впрочем, для рынка столь позитивный для рубля прогноз скорее нетипичен — консенсус-прогноз Bloomberg на следующий год составляет 58-59 руб. за доллар.

Снизить зависимость российской валюты от главного экспортного товара помогло бюджетное правило (механизм покупки валюты на сверхдоходы от нефти дороже $40), неоднократно говорил министр финансов Антон Силуанов. В следующем году закупки валюты могут увеличиться .

Банки растут вопреки санациям

Банковский сектор сотрясали объявления о санациях, пик которых пришелся на третий квартал («Открытие», Бинбанк). В это невозможно поверить, если смотреть только на статистику Росстата по произведенному ВВП : в третьем квартале отрасль финансовой и страховой деятельности прибавила 5,1% в годовом исчислении — самый высокий рост среди всех отраслей. Во втором квартале финансовый сектор вырос на 2,7%, в первом — лишь на 0,1%.

Стоит сделать поправку на относительно скромный размер финансово-страхового сектора, по данным Росстата. Из-за этого вклад отрасли в рост ВВП в третьем квартале (1,8%) составил всего 0,2 п.п. Тем не менее финансовый сектор вышел в лидеры роста не случайно, считает «ВТБ Капитал»: плюсы отрасли в том, что она «не ограничена мощностями (для увеличения добавленной стоимости не требуются дополнительные трудовые ресурсы и инвестиции в основной капитал)».

Доходный парадокс

Рост реальных зарплат россиян в этом году стал устойчивым, но не привел к восстановлению более важного показателя — реальных доходов. В январе—ноябре зарплаты населения с поправкой на инфляцию увеличились на 3,2%, а реальные располагаемые доходы (те, что остаются после уплаты всех обязательных платежей) снизились на 1,4%.

Доходы падают безостановочно уже два года, за исключением одного месяца — в январе 2017 года они подскочили на 8,8%. Объяснение простое: тогда правительство разово выплатило пенсионерам по 5 тыс. руб. (компенсация за то, что пенсии не были проиндексированы).

РФ – страна-бензоколонка и всегда держалась на продаже нефти и газа… Давайте посмотрим, что сейчас с Газпромом и Роснефтью. В понедельник было объявлено, что чистая прибыль Газпрома за полгода упала в 11,2 раз (не на 11%, а в 11 раз!!), почти до нуля. Долги увеличились и достигли 3,659 трлн руб ($60 млрд). Даже те копейки, которые Газпром показал в прибыль и их реально нет. 15 мая Путин дословно сказал: «По МСФО у такой компании, как «Газпром», прибыль, но она «бумажная», она на бумаге, реального денежного потока там нет». Акции Газпрома с начала года подешевели на 25%. Сам Газпром недавно в проспекте к выпуску евробондов признал, что новые американские санкции фактически ставят крест на проектах «Северный поток-2» и «Турецкий поток». Moody»s и другие агентства также недавно выступили с подобными выводами — новые антироссийские санкции — скорая смерть энергосектора РФ. .

Идем дальше. Роснефть. Чистая прибыль за первое полугодие снизилась на 20%, свободный денежный поток – на 35%. При этом чистый долг вырос на 47% до 2,2 трлн руб. Общий долг увеличился до 3,4 трлн руб. ($57 млрд).Т.е. тоже все плохо, денег нет, одни долги, но они еще, в своем же репертуаре, продолжают поддерживать диктаторские режимы, спасают Мадуро от неизбежного конца, недавно в пику Трампу и всему демократическому сообществу влили в Венесуэлу $6млрд, отсрочили дефолт последней, сохраняя еще одну горячую точку в мире.

Бюджет РФ полностью зависит от цен на нефть. Нефть сейчас дорогая, дорогая не относительно $150 в июле 2008 года, а относительно себестоимости ее добычи. Себестоимость сильно снизилась за последние годы. Это естественный процесс. Поэтому все страны сейчас максимально стремятся ее добыть. В США число буровых уже 768, а совсем недавно было 318, т.е. рост в 2.5 раза. Добычу всего за год увеличили на 1 млн барр до 9.502 млн барр в день против 8.597 млн годом ранее. Не спят также Канада, Бразилия, Нигерия, Ливия, Иран, Ирак. А ведь спрос на нефть в мире падает и за ростом добычи не успевает. Активно развивается альтернативная энергетика, многие страны уже запрещают бензиновые авто, наступает вечная эра электрокаров, солнечных и ветряных электростанции и т.д. и т.д. Сейчас рынок еще одурманен соглашением ОПЕК, но пелена скоро сойдет, а вместе с ней и спекулятивная надбавка к нефтяной цене. Рубль же полностью зависит от нефти.РФ тоже усиленно качает, ударно выкачивая запасы на старых месторождениях т.к. знает, что осваивать новые уже никогда не получится — санкции уже кодифицированы, стали вечными, запрещают бурение в Арктике, исследование и добычу сланцевых залежей нефти в РФ.

Таким образом, все это приведёт к схлопыванию нефтегазовой отрасли РФ, общему сокращению выручки от экспорта российских энергоносителей и, соответственно, падению доходов российского бюджета.

Золотовалютные резервы? Но и там живых денег не так много — вычеркиваем депозиты и олимпийские кредиты в банке-банкроте ВЭБе, акции ВТБ (префы), украинские облигации ($3 млрд), 279 млрд рублей вложено в привилегированные акции ВТБ, Россельхозбанк, Газпромбанк, поэтому из валютных вложений их также можно смело вычитать.Только золото (но его быстро не продашь) и $109 млрд в гособлигациях департамента Казначейства США. Оставшиеся деньги находятся на корсчетах в той же Америке и Европе. Сам ЦБ недавно отметил, что последний рост резервов был вызван ”главным образом в результате размещения Минфином РФ облигаций внешнего облигационного займа РФ”. Т.е. в резервах учитываются и заемные средства, привлеченные через выпуск долговых бумаг. Т.е. как и с прибылью Газпрома, все, в основном, только на бумаге. Российские фин. аналитики утверждают, что не более 10% от всей суммы ЗВР доступно по состоянию на прямо сейчас.

Идем дальше, на носу рекордные за 2 года выплаты по внешнему долгу: в сентябре 2017г — $10,639 млрд, в 4 кв-ле 2017 г $32,260 млрд, (выплаты 30 крупнейших компаний вырастут на 38% по сравнению с третьим кварталом), в 1 кв-ле 2018-еще $35,286 млрд.Сейчас общий внешний долг РФ, госпредприятий, бюджетов всех уровней, муниципалитетов, нефтяных, газовых компаний, банков — $529,7 млрд. Долг рос. банков по займам из-за рубежа 23% от общего долга или $121,83млрд. Задолженность областей и муниципалитетов 7,2% или $38,14 млрд.Т.е. получается, что оставшийся долг $369,73млрд (529,7-121,83-38,14), это долги корпораций. Смогут они эти долги выплатить? Вопрос риторический.

Раньше можно было как-то пролонгировать, рефинансировать, перекредитоваться, новые санкции практически это исключают. Нужно залезать в резервы, еще один гвоздь в крышку гроба экономики, в т.ч рубля. Недавно ЦБ РФ писал: «бремя внешнего долга для РФ становится все тяжелее по мере того, как правительство и корпорации наращивают займы на Западе, а приток валютных доходов оскудевает после обвала цен на нефть.

Показатели устойчивости внешнего долга РФ снижаются третий год подряд и находятся за «критической чертой»: обслуживание полученных за рубежом кредитов становится все дороже, а обеспеченность этих платежей поступающей в страну валютой упала до многолетних минимумов. В настоящий момент ежегодная сумма выплат внешним кредиторам составляет 42% валютных поступлений, которые российская экономика зарабатывает на экспорте. Это худший показатель с 2009 года. По сравнению с докризисным периодом его значение выросло почти на четверть и находится далеко за пределами критического порога, который, по методологии Счетной палаты РФ и МВФ, составляет 25%. Обслуживание внешнего долга стоит экономике РФ 11% ВВП: дороже займы обходились за последние 12 лет лишь дважды — в 2007-м и 2009 году. С начала года внешний долг РФ вырос на $15,5 млрд, до максимальных за 2 года $529,6 млрд: погашения, которые ведут банки и корпорации под санкциями были компенсированы займами компаний вне санкционных списков».

Далее, на текущих и депозитных счетах в валюте в банках РФ физики и юрики держат $293 млрд. Когда начнут ложиться банки первой 20-ки (а «банкопад» в РФ уже идет страшный — об этом ниже), все побегут забирать свои средства. Т.е. запишем эти $293 млрд. в колонку «долги» (это 17.5 трлн рублей), т.к. такую сумму банки должны иметь к выплате.Итого получаем-резервы «$400млрд» (выше было сказано, что реально намного меньше), а долгов $822 млрд (529+293).

Продолжим. 2-ой квартал РФ впервые с 1998 года завершила с дефицитом текущего счета — отток валюты из страны превысил приток на $0,3 млрд. (в июле дефицит текущего счета — $1,3 млрд). В третьем квартале дыра в платежном балансе увеличится до $5 млрд, прогнозирует Минэкономразвития. Т.е. отток уже больше, чем приток, а чем платить долги? На каждом углу раструбили — нам санкции нипочем, даешь импортозамещение, мы будем сами все изготавливать. Ага. Импорт растёт рекордными темпами (уже +27% в этом году). Экспорт падает (несырьевой неэнергетический экспорт РФ в 2016 году снизился на 7,3% к уровню 2015г).

Т.е. импорт растёт, экспорт падает, дефицит текущего счета, рекордные выплаты. Отток валюты для погашения займов снизит ее доступность на рынке, что опять-таки приведет к обвалу рубля.

За 3,5 года обанкротилось уже 310 банков. Печатный станок не успевает печатать рубли для выплат через фонд гарантирования (в РФ-АСВ). В последнее время пошел «крупняк»: Пересвет, Татфондбанк (42 место, более 70 млрд руб вкладов физиков), Югра (12-е место по объёму депозитов, 182 млрд вкладов физиков). Сейчас на грани банк «Открытие» (6 место, 470 млрд рублей средств населения). Если он ляжет — в одночасье накроется вся банковская система РФ (только в июле клиенты «ФК Открытие» и кредитные организации забрали из банка больше 621 млрд руб.).Кроме того, в РФ очень сильно распространено такое явление, как «тетрадочные вклады». Миллион случаев, когда при отзыве лицензии оказывалось, что клиентов в разы больше, чем в отчетности. В случае тетрадок вкладчики, естественно, остаются ни с чем.

Курс рубля. Запасов валюты у российских банков осталось на 2 месяца поддержки рубля. Из банковской системы идет отток валюты, в июне клиенты, забрали со счетов $3,8 млрд. Еще $0,9 млрд изъял из системы ЦБ. В результате объем свободной валютной ликвидности в банковской системе на начало июля составлял $6,4 млрд — на такую сумму собственные резервы банков, которые хранятся на счетах за рубежом, превышали их же обязательства перед клиентами по расчетным счетам. Это почти вдвое ниже, чем в начале года (более $11 млрд). Как было сказано выше, в июне российская экономика теряла больше валюты, чем зарабатывала — дефицит платежного баланса составил $4 млрд. При этом «дыра» покрывалась за счет ввоза капитала корпоративным сектором на $9,3 млрд — деньги были получены в основном за счет увеличения внешнего долга и размещений еврооблигаций. Без этих средств избыток валютной ликвидности у банков был бы исчерпан уже в конце июня. Тот же запас, что остался, будет израсходован за август-сентябрь: в третьем квартале платежный баланс будет заметно отрицательным – прогнозируется, что отток превысит поступления на $2,5-4,5 млрд. А при дефицитном текущем счете валютный рынок фактически становится заложником спекулятивных инвестиций в долги российских компаний и правительства. Никто не захочет вкладываться: привлекательность ОФЗ для нерезидентов падает по мере снижения ставки ЦБ. Кроме того, после введения новых санкций, РФ скоро ждет полный запрет на покупку госдолга. Все это, опять-таки, приведет к падению рубля.

Бюджет. Сейчас бюджет проедает остатки накопленного в тучные годы (до 2008г) и много занимает. Бюджет РФ очень дефицитный. Дыра огромная. Все расходы, пенсии, з/п урезают максимально, в среду Путин сообщил, о сокращении расходов на… (кто бы мог подумать) оборону (признал, что дела совсем плохи), снижать дефицит собираются также за счет сокращения объемов потребления населением. При этом на исполнение соцобязательств денег как не хватало, так и не хватает, поэтому даже уменьшенный дефицит придется покрывать — либо из резервов, которых уже практически нет, либо за счет федеральных займов, либо с помощью денежной эмиссии и запуска «печатного станка». Все сценарии убийственны для рубля. Т.е. будут стараться латать дыры в бюджете, не заботясь о доходах населения. А в следующем году вырастут расходы на обслуживание долгов (ОФЗ и еврооблигации) на 100 млрд рублей + нужно дать какие-то подачки перед выборами (собираются вводить продуктовые карточки), т.е. бюджетная дыра при падающих нефтегазовых доходах еще больше увеличится. Реальная дыра там в 3-4 трлн. а это порядка 4% ВВП.Приватизировать тоже уже особо нечего. Одна задача протянуть до выборов.

В общем, весь набор. И они сами это понимают — первый замминистра финансов Татьяна Нестеренко прямым текстом сообщила, что к концу 2017 года резервы будут исчерпаны и у правительства не будет возможности выплачивать зарплаты. Т.е краху экономики РФ уже произошел: число нищих в РФ с 2016 увеличилось на 7 млн человек, сегодня на доходы ниже прожиточного минимума живут 22 млн человек. Все больше россиян считают себя бедными. Доля населения, у которого денег не хватает на покупку продуктов питания и одежды, увеличилась до 41,4%. Недавно свое исследование представил «Ромир», по итогам которого около 40% россиян вынуждены экономить на еде.

Людей в РФ беспокоят не Украина и Сирия, а проблема низких зарплат. По последним исследованиям, четверть жителей (24%) самой значимой проблемой в стране считают низкие зарплаты и низкий уровень жизни в целом. Такой «недуг» держится в лидерах уже третий месяц подряд. Кроме того, 21% видят основной проблемой экономическую ситуацию в РФ.

Вот смотрю последние данные — в июле 2017 реальные доходы россиян сократились на 3.1% в сравнении с предыдущим месяцем. Реальная зарплата (с учетом инфляции) упала в июле в помесячном сопоставлении на 6,6%. В деревообработке, производстве медицинских товаров, сегменте ЖКХ и розничной торговле зарплаты падают еще больше.Падает розничная торговля-за 7 месяцев 2017г она сократилась на 0,2% в годовом сопоставлении. За 2016 год оборот розничной торговли сократился на 5,2% в годовом сопоставлении. При росте цен, безработице и замораживании зарплат население продолжает проедать свои сбережения и уходить в долги.

У населения присутствует ощущение падения — стремительного и необратимого, как бег под горку.

Потребительские расходы упали в мае на 4,8%, а с учетом накопленной инфляции — на 9%, откатившись на уровни 2012 года. Причем в первую очередь кризис доходов продолжает бить по наименее обеспеченным слоям населения. В низкодоходной группе расходы в июле обвалились на 10,9%. 93% считают, что выхода из кризиса не происходит.

Все это свидетельствует о масштабности кризиса.

Кризис системный — идет системная рецессия.И все эти процессы будут только нарастать, как снежный ком. Санкции, падение цен на нефть, девальвация рубля, массовое бегство капитала, исчерпание резервов, новые дыры в бюджете, падения доходов и покупательной способности населения, падение зарплат, продаж, новая заморозка пенсионных накоплений, повышении возраста выхода на пенсию, всеобщее тотальное обнищание населения.

Мнения экспертов по поводу развития экономической ситуации в России в 2018 году кардинально отличаются. Оптимисты разделяют точку зрения чиновников и рассчитывают на возобновление роста. Пессимисты подчеркивают уязвимость отечественной экономической модели перед внешними вызовами, что может привести к новому периоду турбулентности.

Российская экономика восстанавливается после кризиса, что отражается на улучшении макроэкономических показателей. Согласно прогнозам экспертов МВФ, экономическая ситуация в России в 2018 году сохранит положительные тенденции. Рост отечественного ВВП ускорится до 1,44%, а инфляция приблизится к отметке 4%. Кроме того, показатели безработицы будут сохраняться на уровне 5,5%. Подобные оценки совпадают с прогнозами Минэкономразвития, где ожидают возобновление устойчивого роста экономики.

Глава ведомства Максим Орешкин ожидает рост ВВП на уровне 1,5-1,7%. При этом реальные доходы населения вырастут до 2%, а рост инвестиций достигнет 2,2-3,9%. Несмотря на возобновление роста, Орешкин отмечает отставание темпов роста российской экономики, что связано с отсутствием необходимых реформ.

Также эксперты отмечают другие факторы, которые будут сдерживать развитие отечественной экономики.

Преграды отечественной экономики

Глава Центра стратегических разработок Алексей Кудрин отмечает факторы, которые могут ухудшить экономическую ситуацию в России в 2018 году:

  1. Российская экономика сохраняет зависимость от нефтяных котировок, что остается основным фактором нестабильности. Фактически продолжает действовать старая экономическая модель, которая продемонстрировала свою неэффективность в период кризиса.
  2. Низкая эффективность институтов государственного управления, что негативно отражается на экономических стимулах.
  3. Демографические факторы создают дисбалансы для системы пенсионного обеспечения. Количество пенсионеров на одного работающего продолжает увеличиваться, что приводит к росту дефицита Пенсионного фонда.
  4. Действующие санкции ограничивают доступ к зарубежным финансовым рынкам. В результате российская экономика лишается ресурсов для развития.

Кроме того, эксперты отмечают отток капитала, который будет ухудшать динамику отечественной экономики в среднесрочной перспективе. За первые 4 месяца 2017 года данный показатель достиг 21 млрд долл., что вдвое превышает динамику прошлого года.

В таких условиях ухудшение внешней конъюнктуры чревато новыми потрясениями для отечественной экономической модели. Без структурных реформ российская экономика не выйдет на устойчивую траекторию роста.

Структурные реформы

Представители Минфина отмечают ряд реформ, которые помогут улучшить экономическую ситуацию в 2018 году. Эксперты ведомства намерены снизить зависимость российской экономики от колебаний нефтяного рынка. Кроме того, Минфин намерен оздоровить финансовую систему и пересмотреть административную нагрузку на представителей бизнеса.

Основная цель Минфина – обеспечить устойчивый ежегодный рост экономики на уровне 3,0-3,5%. Для этого ведомство планирует изменить действующие бюджетные правила, что поможет избавить экономику от нефтяной зависимости. Ранее львиная доля поступлений от экспорта энергоресурсов направлялась на финансирование расходной части, что создавало предпосылки для экономических кризисов. Представители Минфина предлагают концентрировать данные ресурсы для ускорения экономического роста.

Кроме того, для устойчивого роста российской экономики необходимо модернизировать администрирование бизнеса и налоговую политику. При этом в Минфине планируют уменьшить нагрузку на добросовестных участников рынка и повысить собираемость налогов. Основным приоритетом Минфина остается снижение объемов теневой экономики, что значительно увеличит бюджетные поступления.

Чиновники рассчитывают значительно улучшить инвестиционный климат, что обеспечит экономику необходимыми ресурсами для развития. Также в ведомстве обеспокоены недостаточной эффективностью госуправления, что приводит к дополнительным финансовым потерям.

Несмотря на восстановление положительной динамики, эксперты не исключают возобновления кризисных явлений. Пессимистичный прогноз на 2018 год предполагает значительное ухудшение экономической ситуации.

Новое падение

Основным фактором, который может привести к реализации пессимистичного сценария, остается резкое снижение цен на нефть. Эксперты допускают обвал котировок до 40 долл./барр., что станет новым потрясением для отечественной экономики.

Несмотря на улучшение макроэкономических показателей, экономическая ситуация остается крайне уязвимой. Власти не создали фундамент для новой экономической модели, что может привести к повторению кризисных явлений. Более того, за 2015-2016 гг. чиновники использовали большую часть финансовых резервов, что существенно ограничит возможности правительства при очередном снижении цен на «черное золото».

Будущий экономический рост зависит от продления условий по сокращению нефтедобычи, подчеркивают аналитики. Кроме того, намерение Китая и Индии активнее использовать электромобили приводит к снижению спроса на нефть, что будет препятствовать восстановлению баланса на рынке. В таких условиях стоимость барреля может обвалиться до 40 долларов и сохраняться на данном уровне в течение 2018 года.

Экономическая ситуация в 2018 году будет сохранять положительную динамику. Рост ВВП достигнет 1,5%, уверены в правительстве, а инфляция замедлится до 4%. Для ускорения экономического роста необходима имплементация структурных реформ, что позволит снизить зависимость экономики России от внешних факторов.

Новый обвал цен на нефть может спровоцировать реализацию пессимистичного сценария, который предполагает новый период кризиса.

Основным лейтмотивом 2017 года по-прежнему была геополитика. Если начало года было довольно оптимистичным в этом отношении, то его завершение, напротив, усилило неопределенность. После избрания Дональда Трампа президентом США в ноябре 2016 года появилась надежда на то, что американские санкции против России могут быть ослаблены или даже отменены в 2017 году. На фоне благоприятных макроэкономических перспектив России (в условиях низкой инфляции, высоких процентных ставок и ужесточения налоговой дисциплины) ожидания смягчения санкций стимулировали значительный приток капитала в рублевые гособлигации в первые пять месяцев 2017 года.

По сути, в начале года настрой инвесторов в отношении России настолько улучшился, что они начали оптимистично смотреть на все страновые факторы, зачастую приукрашивая действительность. К примеру, рынки с энтузиазмом восприняли сообщения о том, что Минфин начинает покупки иностранной валюты. Это решение рассматривалось как сигнал о снижении волатильности на валютном рынке, благоприятный для сделок carry trade. Процикличный характер этих интервенций по большей части игнорировался.

Политика в целом была процикличной, поскольку укрепление рубля автоматически приводило к сокращению покупок валюты, а ослабление российской валюты, соответственно, влекло за собой их увеличение. Причиной этого была формула, по которой рассчитывался объем покупки валюты в 2017 году. В нее была заложена разница между фактическими нефтегазовыми доходами в рублях и объемом этих доходов при цене Urals $40 за баррель и обменном курсе 67,5 рубей за доллар.

В результате при укреплении рубля интервенции на валютном рынке сокращались (например, в июле Минфин не покупал валюту), а при снижении курса российской валюты интервенции увеличивались (это произошло в ноябре и декабре). В целом, в феврале — мае объем покупок иностранной валюты был незначительным и его существенно превосходил приток капитала. Таким образом, инвесторы сами спровоцировали рост рубля: за первые 5 месяцев 2017 года он укрепился на 6% против доллара, несмотря на то, что нефть подешевела на 10%.

Радужные ожидания рухнули

В июне – июле настрой в отношении России начал ухудшаться, поскольку Конгресс США начал процесс оформления санкций в виде закона. Хотя Россия по-прежнему представляла интерес для инвесторов на рынке облигаций, приток капитала ослаб. В результате летом рубль пережил коррекцию. Санкции фактически были законодательно оформлены в конце июля, и теперь рынки ожидают, что санкционный режим продлится намного дольше, чем ожидалось изначально. Действительно, принятие соответствующего закона в США означает, что отменить санкции будет крайне затруднительно. Хорошим примером в этом отношении может быть поправка Джексона – Вэника к Закону о торговле 1974 года, которая вводила ограничения для СССР на торговлю с США в ответ на ограничение эмиграции из Советского Союза. Несмотря на распад СССР в 1991 году, поправка Джексона – Вэника продолжала действовать до 2012 года.

Теоретически новый закон делает возможным значительное ужесточение санкционного режима. Однако вопрос сейчас заключается в том, как этот закон будет применяться на практике. Через 180 дней после его подписания (т. е. примерно 28 января) администрация США должна опубликовать отчет о своих дальнейших планах. В этом документе должен содержаться список российских бизнесменов и компаний, против которых будут задействованы санкции, а также разъяснения относительно того, будут ли санкции расширены на российские суверенные бумаги и деривативы.

Судя по всему, рынок облигаций сейчас ожидает, что значительного ужесточения санкционного режима не будет. Если такой сценарий реализуется, это будет позитивная новость. В противном случае следует ожидать существенной коррекции на российских рынках и ответных действий правительства и Центрального банка. Банк России уже заявил о возможном начале интервенций на рынке ОФЗ в случае реализации негативного сценария.

Вехи экономики и рост ВВП

В текущем году экономика начала восстанавливаться. Экономический рост был сбалансированным, а его основными катализаторами были потребление, инвестиции и экспорт продукции обрабатывающих отраслей. Возобновился рост внутренних заимствований, и снижение процентных ставок будет способствовать сохранению этой тенденции в 2018 году. Хотя нынешняя модель экономического роста выглядит устойчивой в долгосрочной перспективе, темпы экономического роста можно назвать довольно слабыми.

По итогам января-сентября 2017 года ВВП вырос всего на 1,6%. Данные за октябрь-ноябрь не внушают оптимизма. Судя по всему, в IV квартале 2017 года темпы роста экономики в годовом выражении будут ниже, чем в III квартале 2017 (1,8%). Это значит, что по итогам года ВВП вырастет не более чем на 1,6%, что значительно ниже прогноза Минэкономразвития (2,1%) и даже не попадает в прогнозную «вилку» ЦБ (1,7-2,2%).

Наибольшее «разочарование» 2017 года связано с динамикой в строительстве. Осенью Росстат пересмотрел свои данные, снизив темпы роста в строительстве. Эти уточнения существенно меняют представление об отраслевых тенденциях и заставляют нас быть более сдержанными в прогнозах роста на 2018 год.

Изначально сообщалось, что во II квартале рост в строительстве составил 3,2%, однако затем эти данные были скорректированы, и по итогам квартала был зафиксирован спад на 2,6%. Аналогичной коррекции подверглась статистика за июль и август: сначала говорилось о росте на 6,6% по сравнению с аналогичным периодом предыдущего года, а затем последовало уточнение, что на самом деле рост был нулевым. Столь резкие изменения означают совершенно новую интерпретацию отраслевых тенденций. Первоначальные оценки предполагали, что в строительстве уже наметился разворот негативного тренда, а уточненная статистика свидетельствует о продолжающемся спаде. Мы ожидаем, что рост ипотечного кредитования (который выражается двузначными темпами) обеспечит восстановление строительной отрасли в 2018 г., однако этот «разворот» еще должен произойти в будущем.

Пересмотр динамики в строительстве поубавил наш оптимизм. Помимо этого пролонгация договоренностей об ограничении нефтедобычи также заставила нас пересмотреть прогноз по добыче нефти и газа. На фоне этих обстоятельств мы не ожидаем, что темпы экономического роста превысят 2% в 2018 году.

Важно отметить, что макроэкономические переменные — темпы роста ВВП, инфляция и обменный курс в 2018 году будут меньше зависеть от колебаний нефтяного рынка благодаря новому бюджетному правилу. Экономическая политика будет формулироваться таким образом, чтобы напрямую увязать валютные интервенции Минфина с ценами на нефть, исключив «проциклическую» компоненту, связанную с отклонениями текущего курса рубля от ожидаемого показателя. При повышении цен финансовое ведомство будет абсорбировать больше иностранной валюты и больше средств Фонда национального благосостояния будет инвестироваться за рубежом. При снижении цен на нефть, напротив, интервенции Минфина будут менее активными. Это означает, что счет текущих операций и бюджет будут сильнее зависеть от колебаний цен на нефть, а рубль – меньше.

Сюрприз от Центробанка

В уходящем году ЦБ дважды удивил участников рынка: сначала в марте, когда понизил ставку на 25 б. п., а затем в декабре, снизив ее на 50 б. п. Оба раза ЦБ продемонстрировал высокую степень гибкости, отреагировав на быстрые изменения в экономической среде (главным образом на неожиданное замедление инфляции). Скорее всего, Центробанк сохранит гибкость и в 2018 году. На сегодняшний день цель ЦБ по ключевой ставке составляет 2–3% в реальном выражении. При целевой инфляции в 4% это предполагает номинальную ключевую ставку в 6–7%. По нашему мнению, в определенных условиях (например, если инфляция в 2018 году будет ниже 4%) номинальная ключевая ставка может приблизиться к 6% намного быстрее, чем рынок ожидает сейчас.